Статьи по психологии


Ранний этап развития советсткой психологии

Советская психология открыла новый этап в истории мировой психологической науки: ее целью становится создание диалектико-материалистической психологической теории.

Постановка этой задачи диктовалась как ситуацией в стране после Великой Октябрьской социалистической революции, так и теми трудностями, с которыми отечественная психологическая наука вступила в XX в. Новое общество созидалось в обстановке политических дискуссий, развернувшихся в 20-х гг., по коренным вопросам. В начавшемся социалистическом культурном строительстве обнажился вопрос об отношении к культуре прошлого и освоении наследия, а также к мировой культуре и науке народов нашей страны. Ленин ставил перед пролетарским государством задачу продолжить культурные, традиции. «Пролетарская культура должна явиться закономерным развитием тех законов знания, которое человечество выработало под гнетом капиталистического общества, помещичьего общества, чиновничьего общества».

Однако осуществление марксистско-ленинских принципов развития культуры в социалистическом обществе в 20-х гг. сопровождалось появлением различных ошибочных течений — левачества, авангардизма и др., в которых провозглашался отход от традиций. «Национальный нигилизм» демагогически спекулировал на лозунге интернационализма и на деле означал отречение от национального своеобразия; как его проявление — Пролеткульт, пытавшийся создать стерильно чистые образцы «пролетарской науки» и «пролетарского искусства», отрицая преемственность культурно-исторического процесса.

Новые задачи встали в этот период перед психологией. Они были связаны прежде всего с практическими вопросами, с вопросами участия психологической науки в социалистическом строительстве, и прежде всего — в рационализации производства. В статье «Очередные задачи Советской власти» В. И. Ленин призывал «использовать все научные приемы работ, которые выдвигает система Тейлора», ибо «без нее повысить производительность труда нельзя, а без этого мы не введем социализма». При этом Ленин указывал, что тейлоризм за рубежом «представляет из себя последнее слово самой бесшабашной капиталистической эксплуатации».

Введение системы Тейлора в России должно «соединить эту систему с сокращением рабочего времени, с использованием новых приемов производства и организации труда без всякого вреда для рабочей силы трудящегося населения». Здесь же Ленин отмечал, что «переход к такой системе потребует очень много новых навыков и новых организационных учреждений».

По прямому указанию Ленина в 1921 г. был создан Центральный институт труда (ЦИТ). Были созданы институты труда и многочисленные психотехнические и психофизиологические лаборатории в различных ведомствах и на отдельных промышленных предприятиях, на транспорте и в армии. Психотехническая лаборатория была создана в Институте экспериментальной психологии Московского университета. К 1923 г. в стране насчитывалось свыше 13 научных институтов, занятых изучением проблем труда и производства, в Петрограде, Москве, Казани, Харькове. В рамках психотехники (а также реактологии и рефлексологии) с целью рационального использования трудовых ресурсов исследовались проблемы: профотбора, профподбора, профконсульта-ции, утомления и повышения работоспособности человека, борьбы с промышленным травматизмом и аварийностью с точки зрения «личного фактора», психологической рационализации профессионального образования.

Изучались закономерности процесса формирования навыков (С. Г. Геллерштейн), создавались тренажеры. Разрабатывалась воздейственная психотехника. Вставали новые задачи в области изучения профессий и процесса обучения им, учета психологических критериев при создании машин. Объектом исследования была рационализация рабочего места, трудовой деятельности и условий труда. Разрабатывалась проблема обеспечения полноты проявления способностей, ставилась задача обогащения профессии творчески поднимающими и захватывающими трудящегося гранями, исследовалось ударничество, соцсоревнование. Создавались новые методы изучения трудовых движений (А. К. Гастев Н. А. Бернштейн, К. X. Кекчеев и др.)

Другой областью социальной практики, также требовавшей участия психологов, было строительство новой школы. В практике школы сильно сказывались левацкие извращения, возникла теория «отмирания школы», «снижения роли учителя». Учеба сводилась к выполнению конкретных дел (проектов); выбрасывая за борг школы программу, систематическое овладение знаниями, школьные классы заменялись текучими бригадами. Задача состояла в том, чтобы преодолеть отрыв школы от жизни, от труда. В связи с этим в психологии встали проблемы, связанные с рационализацией педагогического процесса. Теоретическую основу этой работы составила целостная наука о развитии — педология, которая получила значительное распространение в 20-х гг. Это направление имело свой журнал.

По всей стране развернулась работа по созданию сети педологических учреждений; в существовавших институтах открывались педологические лаборатории и секции. Была создана широкая сеть низовых педологических ячеек и провинциальных учреждений, на первом плане в работе которых стояли тестовые обследования по определению успешности, умственного возраста и профотбору. По мере развития педологии вставали вопросы об отношении педологии к психологии, психотехнике, педагогике. Наметилась «тотализаторская» тенденция, в соответствии с которой педология стала претендовать на роль «мета-психологии», некоей общей науки, составляющей основу для других наук о развивающемся ребенке. В области теории педологию отличала эклектичность и механистическая связь с другими науками, изучающими ребенка. В педологии не было теории, адекватной предмету исследования — развивающемуся ребенку.

В практической сфере педология ставила перед собой цель «представить синтез материалов о ребенке и о детском коллективе, которые были бы использованы для нужд социалистического воспитания в применении к основным целям коммунистической педагогики». Именно в области применения педологии к педагогической практике были допущены серьезные ошибки, выразившиеся в необоснованных оценках педагогически запущенных детей как дефективных и отправленных на этом основании в специальные школы. Это явление стало массовым, так что появилось большое число специальных школ. Для этих школ не было создано специальной программы обучения: существовавшие программы принципиально «е отличались от общей школы, они были лишь менее интенсивными и более растянутыми во времени. Серьезные недостатки педологии были предметом Постановления ЦК ВКП(б) «О педологических извращениях в системе наркомпросов» от 4 июля 1936 г., которое упразднило педологию. Разработка многих важнейших проблем, связанных с изучением развития ребенка, приостановилась. В области теории встал вопрос о перестройке науки, в том числе и психологии на базе марксистской философии.

При этом ситуация в марксистской философии была сложной. Продолжалось освоение трудов Маркса, Энгельса, Ленина. Первое собрание сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса начало издаваться в России в 1918 г., а собрание сочинений В. И. Ленина — в 1920 г. Многие неизвестные ранее труды Маркса, Энгельса, Ленина только начинали публиковаться. В 1920 г. вышло второе издание книги В. И. Ленина «Материализм и эмпириокритицизм». Фактически это было первое массовое издание главного философского труда Ленина (из первого тиража, вышедшего в 1909 г., лишь несколько сотен экземпляров попало в книжные магазины, остальные были конфискованы). В 1924 г. были опубликованы «Тезисы о Фейербахе» К. Маркса. В 1925 г. — «Диалектика природы» Ф. Энгельса и фрагмент «К вопросу о диалектике» В. И. Ленина. В 1924—1929 гг. в философии развернулись широкие дискуссии по проблемам исторического и диалектического материализма. Выделились два основных враждующих течения: 1) группа, называемая «меньшевиствующими идеалистами» (A.M. Деборин, Н. А. Карев, И. К. Луппол и др.), и 2) механицисты (Л. Аксельрод, В. Н. Сарабьянов, И. Н. Скворцов-Степанов и др.). Путь к механицизму прокладывали получившие среди ученых распространение в 20-х гг. философский нигилизм и философское ликвидаторство (Э. Енчмен, С. К. Минин и др.).

В результате дискуссий 20-х гг. механистическая методология была подвергнута критике. Позже, в начале 30-х гг., развернулась критика ошибок Деборина, нередко она приобретала политический характер. В итоге было определено главное направление в развитии философской науки в СССР как изучение, разработка и пропаганда философских идей ленинизма в тесной связи с практикой строительства социализма. Именно внутри марксистской философии возникают талмудизм, начетничество, породившие тот застой в области философской мысли, который имел так много выражений, в частности нападки на науку, труды выдающихся естествоиспытателей В. И. Вернадского, Н. И. Вавилова и др. По мнению Вернадского, в 30-е гг. в стране наблюдался застой, упадок философской мысли.

Перестройка психологии на основах марксизма не означала отказа от предшествующих этапов. Осознавалась глубокая преемственная связь советской психологии и предшествующего этапа развития отечественной науки, и всей мировой науки в целом.

Борьба за марксистско-ленинскую теорию в психологии велась на два фронта: против механистического материализма, который был главной опасностью на настоящем этапе, а также против идеализма и различных эклектических попыток. Для советской психологии периода ее становления было характерно внимательное отношение к достижениям всей мировой психологической науки. Настроения советских психологов тех лет хорошо выражает одно из выступлений Б. Г. Ананьева, в котором он, в частности, говорил: «Культурное наследие буржуазии и всей истории классового общества создает богатейший материал, который не только не может быть отброшен, но который всемерно должен быть использован, развит, конкретизирован».

В 20-е гг. в нашей стране оперативно издавались труды зарубежных психологов: 3. Фрейда, А. Адлера, К. Юнга, В. Кёлера, К. Коффки, Э. Торндайка, Ж. Пиаже, Э. Кречмера и др.

Переводы снабжались вступительными статьями, в которых давалась обстоятельная характеристика работ. В научных журналах давалась информация о новой зарубежной литературе. Устанавливались личные контакты советских психологов с зарубежными учеными. По заказу БСЭ Дж. Уотсон написал для ее 1-го издания статью «Бихевиоризм». Росту авторитета советской психологии способствовало участие советских ученых в международных психологических конгрессах и конференциях.

На раннем этапе своего развития советская психология пережила период некритического увлечения зарубежными концепциями, особенно бихевиоризмом, гештальтпсихологией и фрейдизмом. Особый интерес вызвал фрейдизм. Даже В. И. Ленину в 1920 г. пришлось откликнуться на это увлечение Фрейдом, как вспоминает К. Цеткин. В России существовали «Русское психоаналитическое общество» (Вульф, Ермаков) и многочисленные психоаналитические кружки в Москве, Казани и других городах, костяк которых составляли врачи-психоаналитики. Интерес к Фрейду проявляли психологи (А. Р. Лурия и др.), философы (Б. Э. Быховский и др.) - К сожалению, последовавшая затем критика фрейдизма отвергла и всю проблематику бессознательного.

Особо следует отметить отношение к зарубежным исследованиям по психотехнике и тестологии. Две опасности обнаружились с самого начала: недооценка теории (И. Н. Шпильрейн сравнивал метод с винтовкой, которая будет служить тому, в чьих руках она находится) и некритическое использование зарубежных методик. Развернувшаяся критика тестовых методик привела к свертыванию в середине 30-х гг. работ по психотехнике, психологии труда, по психодиагностике и тем самым намного приостановила развитие всей проблематики психологии труда.

С развитием советской психологии, прежде всего с укреплением ее методологических основ, стала возможной та глубокая работа по анализу зарубежных концепций, которая была проделана Л. С. Выготским, прежде всего в его «Историческом смысле психологического кризиса», С. Л. Рубинштейном в «Основах психологии» (1935).

Однако в неблагоприятной общественно-политической и идеологической ситуации тех лет такой анализ расценивался как политическое отступление от марксистской линии в психологии.

Такова общая ситуация, в которой началась перестройка советской психологии на основах марксизма. Она проходила в очень острой идейной борьбе, прежде всего в Институте психологии, которым руководил Г.И. Челпанов. Особую остроту она приобрела на 1 и 2 съездах по психоневрологии (1923 и 1924 гг. соответственно). Итогом этого периода был выбор марксизма в качестве методологии психологической науки и рождение новой советской психологии, хотя конкретная научная работа психологии на этой основе только начиналась. Это хорошо осознавали сами участники этой работы, отмечая ограниченное значение сделанного. Так, С. Геллерштейн в 1933 г. писал: «Работа наша над Марксом почти не начата, и мы не сумели еще полностью оценить непосредственное значение множества разбросанных в сочинениях Маркса положений, прямо или косвенно касающихся вопросов нашей специальности».

Многими отмечалась формальность в использовании категорий — «марксистская фразеология» вместо подлинного усвоения марксизма. Л. С. Выготский отмечал «особенную трудность приложения марксизма к новым областям: нынешнее конкретное состояние этой теории; огромная ответственность в употреблении этого термина; политическая и идеологическая спекуляция на нем — все не позволяет хорошему вкусу сказать сейчас: «марксистская психология».

Характерной была разобщенность разных школ. Особенно изолированное положение занимала грузинская школа. Эта разобщенность расценивалась как препятствие к консолидации марксистски ориентированных психологов против буржуазных влияний на психологию, против всех и всяческих попыток механоматериалистической и идеалистической ревизии марксистско-ленинской теории и психологии. Как на пример такой разобщенности Ананьев указал на тот факт, что в Ленинграде неизвестно о реактологической дискуссии, которая прошла в Москве и явилась важным моментом борьбы за марксистское перевооружение психологии.

Важнейшими вехами на начальном этапе методологической перестройки психологии явились программные выступления П. П. Блонского, К. Н. Корнилова, Л. С. Выготского, М. Я. Басова, С. Л. Рубинштейна, С. Г. Геллерштейна.

В них выдвигались принципы методологической перестройки психологии. Начиная с 1923 г. в журнале «Под знаменем марксизма», в других теоретических журналах («Спутник коммуниста», «Большевик», «Вестник коммунистической академии») печатаются статьи, посвященные марксистскому обоснованию основных проблем психологии. С 1928 г. стал выходить журнал «Психология, педология и психотехника» (в трех сериях: Серия А. Психология; Серия Б. Педология; Серия В. Психофизиология труда и психотехника), отв. ред. А. Б. Залкинд, К. Н. Корнилов, И. Н. Шпильрейн.

В статье «От редакции», которой открывался первый номер журнала, подводились некоторые итоги борьбы за марксизм в психологии, а координация сил марксистской психологии всего Союза выдвигалась в качестве задачи журнала. В ходе освоения марксизма происходила перестройка методологических основ психологии, складывались категории, методологические принципы и методы советской психологии — принцип единства сознания и деятельности, общественно-исторической обусловленности человеческого сознания и др.

Осуществление этой грандиозной работы, однако, происходило с большими издержками и ошибками, источником которых было идеологическое давление, оказываемое на науку сверху. Наметился и в дальнейшем усилился процесс противопоставления советских исследований мировым. Утверждалось положение о принципиальных отличиях советской науки от буржуазной в отношении предмета, методов, в ее проблемах и даже конкретных методиках. Признавая и сегодня особенности и специфику развития науки в каждой стране, советские психологи активно преодолевают всяческие тенденции на изоляцию и конфронтацию по отношению к мировой психологической мысли как связанные с общей идеологией эпохи и другими сторонами жизни и практики советского общества 20—30-х гг.

Общим итогом раннего этапа, развития советской психологии было рождение новой — советской — психологии, которую Л. С. Выготский отождествлял с научной. Начавшаяся в эти годы работа продолжается и сейчас, а вопросы, которые встали в то время, некоторые ошибки и упущения, имевшие место в советской психологии в тот период, не преодолены и поныне, в частности формализм в использовании трудов К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. Ленина, разобщенность научных школ и др. В 20-е годы были сильны поведенческие концепции, которые в целом не выходили за рамки естественнонаучного материализма и механистического направления в диалектическом материализме. В категориях поведения определяли предмет психологии П. П. Блонский и М. Я. Басов.

Источник: Ждан А.Н. История психологии

Просмотров: 3669

Все материалы из данного источника: Ждан А.Н.->

Комментарий добавил(а) цц
Дата: 2011-10-21

интересно

Комментарий добавил(а) Ви
Дата: 2011-11-20

Кто автор статьи?


Наверх



Закон свадебных затрат Тома
Продолжительность брака обратно пропорциональна расходам на свадьбу.




[email protected]

[email protected]Главная| Введение в психологию| Психология личности| Психология общения| Возрастная психология| Психология управления| Психодиагностика| Психотерапия| История психологии| Семейная психология| Психические процессы и состояния| Психология групп| Психология конфликта| Психология эмоций| Защитные и компенсаторные механизмы Психология сознания| Методика преподавания психологии|

[email protected]  | Карта сайта